Categories:

Мехи ветхие...

фото: Православный храм
фото: Православный храм

Она была как куль с мукой.  Схватив за руку,  девчонка-чертенка буквально протащила ее передо мной. Ловко, как танк,  «лавируя» между людьми, она проволочила ее из одного предела в другой — и та не сопротивлялась. Взошедшее как опара тело ее колыхалось при ходьбе, груди ходили ходуном, и вся она была как большая тряпичная кукла, которую девятилетняя немая девочка таскала за собой, как игрушку.

  — Малая-то разошлась...   —  Да, нашла себе подружку... — И хорошо...кто с ней дурочкой еще играть-то будет ...

А малая, видно не управившись с этой своей  большой куклой, бросила ее и тут же нашла себе новую и, крепко обхватив за талию, фиделировала уже с ней.  А «брошенная» села на приступок у Сергия Радонежского и, по-бабьи широко расставив ноги, оперлась о них  и обмякла.

...К исповеди было всего 2 человека, включая меня, и я облегченно вздохнула. Ждать и догонять — хуже нет...Прошло 5 минут и я стала понимать, что   обрадовалась-то я рано...Прошло еще полчаса. Раздражение нарастало. А батюшка, низко склонившись, все что-то говорил и говорил девушке, одетой по-неофитски несуразно.

Я иронично посетовала, сидевшей здесь же старухе — Он что, хочет ее за один раз «просветлить» ?  — Не мешай батюшке, он должен девчонку на путь истинный наставить...  — Да ? Что-то я не заметила, чтобы она уже совсем «не в ту степь» ...обычная, нормальная  девчонка, —  подумала я уже про себя ...

Наконец , исповедальная освободилась,  я двинулась навстречу и успела заметить, что «моя задержка»  еще моложе чем казалось издалека. Гибкая, стройная девушка с глазами, как родниковая вода..и не то, чтобы холодными и не то, чтобы чистыми, а какими-то незамутненными...

Потом как-то на одном  из двунадесятых, я раздавала оставшиеся антидорки, знакомая бабка сунула мне целую горсть. Часть отдала и этой девушке, помню как блеснули  ее глаза. И я еще не раз встречала ее в церкви, а потом как-то потеряла из виду.  И прошло не более полутора лет...

А сейчас я с ужасом смотрела на нее и думала. — Как можно было за такой короткий срок превратиться из почти девочки, нет, не в женщину даже, — а сразу в бабищу. И ужас вызывали не ее габариты, в жизни всякое бывает: гормоны, беременность, булимия в конце концов, — нет, изменения были внутренними. Она была как куль, как погашенная лампочка. Я видела много толстух, брызжущих энергией. Ее же тело было как дом, в котором никто не живет...как опавший парашют — полная безжизненность..безразличие и  тупость... 

Я долгое время не могла понять, что означают слова Христа «Не вливают также вина молодого в мехи ветхие; а иначе прорываются мехи, и вино вытекает, и мехи пропадают...» Мф(9:17).  А глядя на эту девочку поняла...что сложнее всего, зачастую,  понять то, что на самой поверхности, потому что  ищешь всегда какой-то подвох или цепляешься за слова, мысль уходит...

Говорят, что у каждого врача есть свое кладбище. Священник же тела не убивает, не может убить он и души, потому что призван способствовать ее спасению,  намерения его благие.  

Но и у священника есть свое кладбище —  кладбище неофитов, личность которых, ее особенности и болячки, по незнанию своему, а часто и по невежеству, батюшка не может, не способен верно оценить ...смогут ли вместить в себя ?   стабильна ли их психика ? понесут ли они такую тяжесть, подготовлены ли они ?...и мехи ветхие прорываются... 


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened