Category:

Огненный ангел или мокрая курица ?

Фото Нины Петровской и Валерия Брюсова
Фото Нины Петровской и Валерия Брюсова

 Удивительно, что история сохранила нам фотопортрет Нины Ивановны Петровской. А ведь если бы не она, «Огненного ангела» могло и не быть. Потому что прототипом Ренаты в этом произведении Брюсова была именно она.

Не всегда творчество поэтов в прозе оказывается более успешным нежели их стихотворные произведения. И я не  буду высказывать свое субъективное мнение и производить литературный разбор этого романа. На это есть профессионалы.

На мой взгляд не менее интересно, а в данном случае наверное и более, знать историю романа настоящего, романа Нины Ивановны Петровской и Валерия Брюсова. И еще интереснее, наверное, будет узнать кем  была эта женщина, послужившая, пусть на короткое время, музой поэту. И почему, в силу каких своих личных качеств, она не смогла сохранить его привязанности. 

Именно привязанности, уже не будем говорить любовь, потому что поэты, символисты да декаденты,  народ влюбчивый (об этом еще будет рассказ), и влюбленность их в силу своей стремительности просто не успевает дорасти до любви подлинной. А Брюсов того времени —  посмотрите, каков был молодец ...И какой барышне в такого-то молодца и не влюбиться... И Нина Петровская конечно же влюбилась, но не сразу. 

Литературный мир Москвы самого начала ХХ века был полон многочисленных течений и богат дарованиями всех мастей. Писала беллетристику даже сама Нина, по отзывам современников в стиле «постольку-поскольку». Стихи писали все, кто мог писать, потому что главное в символизме была уже даже не форма, а тот накал страстей, эмоций и чувств, которые эту форму  составляли.  Поэтому все были влюблены, а кто не влюблен — придумывал себе любовь. И на этом-то топливе и писали.

Надо сказать, что Брюсов не был «мужчиной ее жизни», но он стал ее утешителем, после того как она эту большую и единственную любовь потеряла. И  тем болезненнее ей было потерять и это последнее утешение, источник чувств.

А  было так. — Бежав от неудачной первой любви в брак, из которого в свою очередь  она бежала в Москву; погрузившись в писательство и став завсегдатаем местной тусовки, как бы сейчас сказали, Нина   поддалась обаянию восходящей звезды поэта Андрея Белого (  о нем будет отдельный рассказ). 

Отдавшись этому чувству безоглядно и без остатка,  буквально растворившись в этой своей любви к нему, она как это обычно и бывает , пропустила тот момент, когда на другой стороне чувства уже остыли.

Белый влюбился в Другую. И под предлогом того, что любовь Нины слишком уж земная и притупляет поэзию его души, оставил ее. Бросил, короче. А оскорбленная Нина, тут же создала союз с Брюсовым, чтобы дружить против него. Брюсов сам ей такой союз и предложил, потому что ревновал тогда  успеху Белого. 

И он по-своему полюбил ее. Она же, как водится, все свои чувства обрушила теперь уже на него. Сначала в отместку Белому, а потом и в самом деле влюбившись. Но перед этим  успела-таки «убить» Белого. Когда тот читал лекцию в Политехническом, в перерыве она подошла к нему и в упор выстрелила. Револьвер дал осечку. Но психологически, она его «убила». Гештальт был закрыт.  Такая любовь...

С Брюсовым ее связало его тогдашнее увлечение оккультизмом, демонизмом и прочей магией. Ее «ведьмовство» подпитывалось исключительно ее истеричностью. «Демонизм» же Брюсова, наравне с влюбленностью в Нину, подпитывал  его  при написании «Огненного ангела». Именно с Нины он и списал свою Ренату. 

К сожалению, чуда не произошло. Брюсов был женат. И уже в процессе написания романа он прожил, пережил свои отношения с Ренатой ( Ниной) от начала и до конца, так что и в реальной жизни понял —  пора расставаться.   В «Огненном ангеле» Рената погибла. А автор закрыл свой гештальт и вернулся в семью. 

Нина же, полностью олицетворив себя с Ренатой, стала «умирать». И «умирала» еще 16 лет. Вместе с сестрой она уехала за границу и оставшиеся годы провела в нищете, рассылая друзьям письма, что «вот-вот скоро, ей уже не писать им». И как раньше она переживала любовь, так теперь она переживала свое умирание. Бесцельное, ни к чему не ведущее переживание чувств  ради самих чувств. —  Брюсова она возненавидела.

Было несколько попыток самоубийства. Предпоследним, подробно описанным ею же самой  своему другу, она так же осталась во всем верна своему времени. — Ощущение, переживание чувств, важнее самих чувств. Декадентство во всем,  до конца...

По смерти своей сестры, она приходила в больницу, колола иглами ее мертвое тело и втыкала эти иглы себе под кожу. Думала отравиться трупным ядом. —  Не получилось. Но выбранная ею метода, если уже можно так сказать, весьма и весьма  показательна. 

В конце концов, она отравилась газом, устроив маленький взрыв в отеле для бедных.


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened